— Около двух лет назад, — начал пояснять Гарри, — на острове в Тихом океане по счастливой случайности, которой я обязан своей жене, я обнаружил удивительный объект, который, как я там же и выяснил, оказался метеоритом.
— Та-ак, уже интересно! — сказал Сергей, потирая руки.
— Итак, — увидев, как оживился Сергей, с энтузиазмом продолжил Гарри, — сообщать о нем я не стал и занялся его исследованием самостоятельно. Я выделил металлы, входящие в состав метеорита, и их удивительные свойства позволяют надеяться, что их сплав с земными металлами послужит материалом, из которого можно построить бункер либо корпус космического корабля, которым не будут страшны почти никакие виды воздействий. Более того, я полагаю, что эта находка не случайна и что благодаря ей предстоит осуществить очень важную миссию.
— Гарри, я даже не знаю, чему больше радуюсь, нашей с тобой встрече или тому, что ты рассказал мне сейчас! — возбужденно и в то же время с веселой ноткой в голосе сказал Сергей Абрамян. — Ну, а если серьезно, то я очень хочу посмотреть на твою находку, но боюсь, что это невозможно, по тем же политическим причинам. А еще я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, когда говоришь «предстоит осуществить очень важную миссию».
— В последнее время, учитывая ряд фактов и свои интуитивные ощущения, я предполагаю, что в не очень далеком будущем разразится ядерная война, — с очень серьезным видом ответил Гарри. — В связи с этим я хочу, чтобы ты поехал со мной, и мы работали вместе.
— А это уже совсем интересно! — сказал Сергей. — Я сам считаю, что подобные опасения не беспочвенны, но пока не рискнул бы утверждать, что это действительно произойдет.
И как ты представляешь себе нашу совместную работу? Легче питону подружиться с мышкой, чем нам в одной лаборатории корпеть над совместным решением физической задачи.
— Я и не утверждаю, а предполагаю, что ядерная война произойдет, а если так, то нужно быть готовыми к этому. Пока есть время, нужно успеть сделать все, что от нас зависит, — озабоченным тоном сказал Гарри. — Мне нужна твоя помощь, Сережа, так как одному не справиться. Дело в том, что бункер, оставленный на Земле, или космический объект на орбите — не выход из ситуации. Рано или поздно людям придется выйти из убежища, что равнозначно неминуемой и жуткой смерти. По дороге в Россию мне пришла мысль, что космический корабль — это то, что нам нужно! Но не для бесконечного движения-дрейфа по орбите вокруг Земли, а для космических странствий в поисках подходящей для жизни человека планеты. И, как ты понимаешь, необходим двигатель, способный с какой угодно скоростью двигать корабль в космическом просторе! Лучшего, чем ты, Сергей, специалиста по разработке термоядерного двигателя я не знаю — и я уверен, что лучшего физика просто не существует на Земле.
— Гарри, с тобой все хорошо? Ты не заболел? — с нескрываемым недоумением и одновременно с заботой и беспокойством за разум друга спросил Сергей. — Только не сердись, но я действительно не понимаю, о чем ты говоришь. Какая ядерная война, какой полет в поисках планеты?.. Однако за столь лестное мнение о моих возможностях благодарю тебя, — с улыбкой прибавил Сергей.
— Со мной все хорошо, Сергей, я абсолютно здоров! Просто меня не отпускает мысль, что обязательно случится что-то ужасное.
— Это можно назвать паранойей, Гарри… Еще раз извини, конечно, но тебе нужно отдохнуть от работы.
Гарри ничего не ответил, он просто смотрел на друга, ожидая, что тот еще скажет. Смит понимал, что его собственные слова, только что прозвучавшие, нельзя воспринимать как слова нормального человека, если, конечно, этому человеку не известны определенные факты, которые могут служить обоснованием такого хода мыслей и таких предположений.
— Либо дело обстоит иначе, — продолжил Сергей, вглядываясь в друга с таким же вниманием, с каким тот смотрел на него, — чем я себе сейчас представляю, а это бывает только тогда, когда от меня скрывают условия задачи. Я знаю тебя давно, Гарри, и поэтому смею предположить, что твоя убежденность в грядущей катастрофе имеет под собой очень весомую доказательную базу.
— Некоторое время назад Лилия, — сказал Гарри, — увидев мое состояние, предположила, что случилось что-то серьезное, и когда я поделился с нею своими мыслями, она, как и ты сейчас, предположила, что я переутомился, и из-за этого пошатнулось мое психическое здоровье. Она попросила меня сделать месячный перерыв в работе, я согласился, и мы всей семьей целый месяц провели в путешествиях. За это время я пришел в себя, что отметила и Лилия, позволив мне продолжить работу. Но дело в том, что, избавившись от назойливых мыслей и вернувшись в прежнее расположение духа, я все равно считаю, что исследовательскую работу, связанную с метеоритом, нужно продолжить именно в том направлении, какое мне видится правильным, — то есть создать космический корабль. И ничего более конкретного я от тебя не утаиваю, все условия задачи перед тобой. Однако опасность для человечества действительно может оказаться только плодом моего воображения, что, с одной стороны, замечательно, потому что в таком случае все мои опасения окажутся напрасными и людям ничего не угрожает, а с другой — очень плохо и грустно для меня, так как я окажусь параноиком, сумасшедшим. Но я приму второй вариант, главное, чтобы человечество было в безопасности. Но если я все-таки окажусь прав, мы к тому времени можем успеть сконструировать корабль, способный дать группе представителей человечества шанс на спасение.
— Гарри, если так, то трудно представить, чтобы мы смогли решить подобную задачу, — ответил Сергей, не зная, к чему этот разговор может привести. — Построить корабль, способный преодолевать космические пространства на сверхсветовой скорости — это немыслимо тяжелая задача, над которой бьются все великие физики и математики мира. Но и этого мало, скорость его движения должна в миллионы раз превосходить скорость света, чтобы можно было долететь хотя бы до других солнечных миров, не говоря уже о других галактиках, куда реально попасть, лишь используя гиперпространство, полное понимание которого учеными так и не было достигнуто. Хотя, если честно, Гарри, считаю этот разговор несерьезным. — Лицо российского физика оставалось спокойным, но мысленно он начал жалеть своего друга, в чьем душевном здоровье в ходе разговора сильно усомнился.
— Почему же несерьезным? — спросил Гарри. — Ведь в начале разговора ты сказал, что тоже не исключаешь возможности ядерной катастрофы.
— Да, не исключаю, но не более того, — ответил Сергей. — Но ты практически утверждаешь, что ядерная война произойдет. А раз так, то уже сейчас необходимо принимать меры по спасению.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
